Писатель и сценарист Афанасьева Екатерина

  • 29.07.2014 12:07
  • 7537 Прочтений

Отрывок из книги "Тиран"
discoveremg.com/wp-content/uploads/2013/03/2238910300_497091a69f_b.jpg
Проходя мимо пары женщин, на которых блестел целый фейверк украшений, вызывая сомнения в том, стоят ли они на одном месте по своей воле или по воле своего тщеславия, Фарэс увидел наконец карвские блюда, к которым никто не притрагивался. В крепости из двух дам сложно было обнаружить брешь, так что Фарэсу пришлось искать потайные ходы, поставив себя в неловкое положение и телом, и душой. Изгибаясь, но смиренно понимая тот факт, что ему очень хотелось есть, он зачерпывал половником мясное рагу с овощами, попутно незаметно скидывая с тарелки в чан еду эванов, и невольно стал свидетелем разговора его соседок. К сожалению, он сидел на той же жерди, что и эти райские пташки, которые щебетали без остановки.
- Дорогая, взгляни туда, на леди Мильрет. Как всегда, она в окружении одних мужчин, да еще каких! На месте ее я никогда бы не афишировала на людях подобные знакомства. Хотя разве можно завести себе иные с такими-то манерами? Изысканность этой особы так выделяется, что ее стоит прописывать некоторым, как поучительное лекарство!
- Только если в гомеопатических дозах, моя дорогая.
Они захихикали мелким бисером, что сыпался Фарэсу в уши и играл на нервах.
- Интересно, как долго еще она сможет скрывать свой возраст? Рано или поздно правда все равно откроется!
- Ну почему же. Двадцать ей будет еще лет пять, еще с десяток - двадцать пять, ну а за это время кто-нибудь обязательно успеет ее убить.
Фарэс не мог вспомнить капитуляции позорнее той, которую он объявил сейчас сам себе, унося полную тарелку заветного рагу настолько спешно, что его след из капель жирного соуса можно было проследить через весь зал. Уставший от речей и граней, которые каждая из них таила в себе десятками, он потушил взгляд и опустил занавес над своим разумом, который уже отказывался воспринимать, что происходит. Его раздражали ситуации, в которых он как бы был, но как бы и не был. Здесь он не чувствовал себя никому нужным, являясь при этом главным героем вечера. На него глазели акулы светских вечером, а значит, хранившие на лице бесчувственную маску. Фарэсу начинало казаться, что как только он отходил на безопасное расстояние, все говорили только о нем. Он чувствовал напряжение, витавшеее в воздухе. Возможно, если бы он был хозяином вечера и ему оказывали бы должный почет, к которому тот привык за свою долгую жизнь, Фарэс еще мог бы усладить свою душу тщеславием и умаслить ее лестью. Быть же зрелищем, к которому не испытывают уважения и даже благоговейного трепета, но за которым просто наблюдают, он не хотел. Несколько раз его посетила мысль о том, что если бы поставили в центре огромного зала две клетки, одну с диковинным животным, а другую - с ним, он был не замечал изменений на лицах, когда толпа переводила бы взгляд со зверюги на него.

Спектакль "Чародейский шоколад"
static.diary.ru/userdir/2/7/3/7/2737747/71693740.jpg
ACT [2] SCENE [2]
ЛОК.: ТАИНСТВЕННЫЕ ПЕЩЕРЫ
Выходят ребята с Шахеризадой.
ШАХЕРИЗАДА: Ах, как хорошо на свободе! Травка зеленая, солнышко! А воздух-то какой, дышится как легко, беззаботно! Дивно! Но где же мы? И Чародея не видно. Ах да, чуть не забыла!
Шахеризада поворачивает кольцо, спускается на веревке пакет с изюмом.
ШАХЕРИЗАДА: Держите! Спасибо вам за помощь!
Слышится стук кирки. Неподалеку работает гном в окружении сотен драгоценных камней. Они все подсвечены красивым светом.
ШАХЕРИЗАДА: Это гном... Значит, мы рядом с Таинственными пещерами! Чародей говорил, что ему нужна форма для шоколада. Что ж, я все равно не смогу встретиться с Сельмой без него. Давайте я помогу вам. (подходит ближе к гному) Добрый гном! Господин гном?
ГНОМ: (восторженно) Что за диво, что за нектар для моего сердца? Али чудится мне, али звезды упали с небес...
ШАХЕРИЗАДА: (смущенно) Господин Гном, не будете ли Вы так любезны подсказать нам, где достать чешую дракона?
ГНОМ: Красавица, спросите что-нибудь полегче. Драконы вымерли еще в кризис. Многие принцессы потеряли из-за этого работу. Да, трудные были времена...
ШАХЕРИЗАДА: Как же так... Без чешуи Чародей не сделает шоколада! Другая посуда слишком груба для этого!
ГНОМ: Не печальтесь, прекрасная царица. Всегда есть выход. Дай-те подумать... Хм, да, это может сработать...
ШАХЕРИЗАДА: Вы что-то придумали?
ГНОМ: Здесь неподалеку живет Змей-Горыныч. Конечно, это не совсем дракон, но он всем, перебивая сам себя, хвастается родством с ними. Характер у всех его голов премерзкий, скажу я Вам, и мой гномий опыт настоятельно рекомендует не связываться с ним. Чешую он добровольно не отдаст, да и настоящие рыцари (гном приосанивается) перевелись давно. Не Вам же, прекрасной царице, связываться с недоделанными драконами!
ШАХЕРИЗАДА: Милый гном, неужели совсем не осталось рыцарей, которые могут нам помочь? Я вижу, что у вас большое и благородное сердце...
ГНОМ: (смущаясь) Что Вы говорите... Я скромный работяга, и подвиги не для меня. С моим-то ростом - и на дракона?
ШАХЕРИЗАДА: Но разве в сказках про рыцарей было сказано про их рост? Настоящие рыцари отличались смелостью, мужеством и решительностью. И Ваша речь показалась мне такой уверенной, что я не могла бы и представить кого-либо, кого я смогла бы просить так же искренне, как прошу Вас!
ГНОМ: (краснея) О прекрасная царица, что Вы делаете со мной! Ждите здесь!
Гном уходит, слышен лязг и стук предметов. Из-за кулис летит всякий смешной хлам (тряпки, игрушки, мишура). Наконец выходит гном в нелепых доспехах и с копьем.
ГНОМ: (браво) Готов служить прекрасной даме!
Слышен надвигающийся топот. Выходит Змей-Горыныч в домашнем виде: пижама, тапочки-зайки, в руках пакет с молоком. Отпивает молоко и чешет пузо.
1 ГОЛОВА: Это ты, Иваныч, хорошо придумал, с молоком-то. Работа у нас тяжкая, вредная.
2 ГОЛОВА: Изжога постоянная!
3 ГОЛОВА: А молоко - это вещщщь. Да-ссс...
ШАХЕРИЗАДА: Это он к кому обращается?
ГНОМ: Это он ко мне. По батюшке.
ШАХЕРИЗАДА: Так вы... Знакомы?
1 ГОЛОВА: Давненько еще.
2 ГОЛОВА: Учились вместе!
3 ГОЛОВА: Как гном он хороший, конечно. Не то, что люди.
ГНОМ: (притворно машет кулаками) А ну-ка отдавай по хорошему!
1 ГОЛОВА: Да что с тобой случилось, Иваныч?
2 ГОЛОВА: Совсем помешался!
3 ГОЛОВА: Говорил же, узнает про носки когда-нибудь...
ШАХЕРИЗАДА: Милый трехглавый дракон!
1 ГОЛОВА: (между собой) Слыхал, третий?
3 ГОЛОВА: Сразу видно - барышня.. Воспитание!
ШАХЕРИЗАДА: Вы не могли бы отдать нам свою чешуйку? Нам для праздника нужно шоколад приготовить...
2 ГОЛОВА: Что же получается, для праздника шоколад, а Горынычу голым ходить?
ШАХЕРИЗАДА: Ну пожалуйста! Очень очень вас прошу! Ребята, давайте вместе попросим!
Ребята кричат "Пожалуйста"
1 ГОЛОВА: Ладно, ладно... Отдам. Но при одном условии. Мне тут предложили новую должность в огневом цехе. Резюме составил, а фотографии нет. Кто меня сможет из команд за минуту нарисовать, того и чешуйка!
Проводят конкурс: каждая из команд должна нарисовать Горыныча. Чтобы было веселее, Горыныч смешно позирует один, с Гномом и Шахеризадой. Рисунки выводят на экран. Жюри голосуют за лучший. Горыныч отдает чешуйку команде-победителю. Появляется Чародей.
ЧАРОДЕЙ: (запыхавшись) Ух! Еле оторвался. А вы тут уже без меня все сделали! Молодцы, так держать. Спасибо тебе красавица. Отправляю тебя к Сельме теперь...
ШАХЕРИЗАДА: Постой, Чародей... Лучше перенеси Сельму сюда. Мне тут понравилось (смущенно).
1 ГОЛОВА: Ух ты здорово!
2 ГОЛОВА: Вчетвером тесновато будет! Кредит брать прийдется!
ГНОМ: Не волнуйся, в тесноте, да не в обиде. Прекрасная царица, оставайтесь! (Встает на колени и дарит Шахеризаде розу)
3 ГОЛОВА: Настало время прощаться. До праздника остался один только час. Спешите!
ШАХЕРИЗАДА: Удачи Вам!
ЧАРОДЕЙ: Скорее! Нужно все успеть! Шахеризада, приходи на праздник шоколада, я перенесу туда Сельму!
ХОРОМ: До свидания!
ЧАРОДЕЙ: Последний ингредиент - молоко, и за ним мы полетим до самого Млечного пути! Держитесь крепче!
Звучит космическая музыка, гаснет свет, на стенах звездные блики. На экране появляется галактика.

Стихи
Нам часто не успеть сказать того, что нужно.
Ведь вовремя уходят только поезда.
Ты сядь и помолчи со мной о дружбе.
Не плачь и не грусти. Случается беда.

Нам часто кажется, что завтра будет лучше,
И мы храним себя до этих дней.
Припрятав кружева "на всякий случай",
На всякий случай "отложив" людей.

А жизнь идет, она не ждет, как мы,
Удобных чувств, уместных разговоров.
На склоне лет мы не возьмем взаймы
Потраченное время из-за споров.

Как хитро оставляет безоружным
Судьба вооруженного мечтой.
Нам часто не успеть сказать того, что нужно.
Давай поговорим сейчас с тобой…
--------
Я не люблю людей оконного масштаба,
Кто видят мир как будто сквозь стекло.
Годами в нем лысеют ветви сада
Иль снегом все до бели замело,
Пройдет хоть век, но ствол корявой ивы
В окне твоем по прежнему коряв.
А за холмом налились златом нивы,
Шуршится ветер через мглу дубрав,
Там бури забиваются в подолы,
И солнце выжигает по земле.
Там тучи, плача, разрушают горы,
Там новое, неведомое мне.
А ты все так же за своим окном
Мечтаешь выкупить соседний дом.
--------
В маках поэту уснуть - не улыбка Фортуны,
Только ль удача людская есть мера судьбы?
Будут ли песни мои растягивать струны,
Будут ли строки на плитах ко мне добры?
Я задаю все одни и те же вопросы,
Но ты смеешься, оскалив зубастый рот.
Стоит ли перед костром заплетать туго косы
Или по ветру пустить, сделав наоборот?
Будет ли мил палач, что с утра на работу
Опоздал, не успев проглотить хоть кусок?
Мне ведь так хочется, чтобы зевоту
Прятал стыдливо из зрителей темный лесок.
Ну, не ворчи, я вернусь к ремеслу до заката.
Чайник вскипит, зашуршит растворимая гадость…
Муза, скажи только, кроме меня кому надо
То, что и мне не всегда доставляет радость?
--------
Краской стынет на мольберте твое имя,
Царь мой, ты меня собой озолоти.
Я, как Таис, жгу дворцы в пустыне,
Ты, как Александр, все в пути.
Выпей же с моих плечей цикуты,
И проснись под утро, хмуря бровь.
Ничего не существует кроме,
И с тобой не повторится вновь
--------
Господь Всемогущий! Дай в бессилии сил,
Чтоб исполнил я путь, что ты мне подарил.
Если дрогнет рука - пусть дрожит, не беда,
Только б хладом по-прежнему стыла душа
Только б меч не летел мимо вражеских глав,
И с коня я не пал, лишь коня оседлав,
Помоги мне, Господь, не предвидеть конец,
Чтоб без страха пред смертью сражался юнец.
Чтобы боль не стелила мне глаз темнотой,
Чтобы я даже в смерти остался с тобой,
Дай, Господь, мне покой. Я для счастия стар,
Слишком быстро теряет свой вкус тот нектар.
Дай, Господь, мне все то, что судьбой не дано.
И прости меня, Господи. Есть ведь, за что.


Назад