Екатерининский парк

  • 10.04.2018 18:16
  • 303 Прочтений

6 апреля ребята из 604-ой школы, что находится в новом районе Пушкинского района  Славянка, в сопровождении сотрудника краеведческого отдела библиотеки им.Д.Н.Мамина-Сибиряка, прогулялись по Екатерининскому парку.

Надо признаться, что был серый день,  начало весны. Дорожки и аллеи парка не везде были проходимы. Какие-то бороздки с ручейками, то снежный наст, то лед… Нечего сказать – выбрали учителя еще то время для прогулки по парку. Но в то же время -  ребята, прогуливаясь в этот день, 6 апреля,  как будто шли неспешной поступью через века нашей российской истории… И их словно наяву сопровождали Елизавета Петровна и Екатерина Алексеевна (и первая, и вторая).

Екатерине Алексеевне, которая станет супругой Петра I  в 1712 году, в 1710 году сподвижник царя Петра I Александр Меншиков отписал Саари Мойс (что по-фински означает возвышенное место) – иначе, в дальнейшем – Царское Село. Екатерина Алексеевна развернула здесь бурную деятельность: засеяла огород, посадила плодовые деревья, пригласила архитектора Браунштейна. А он, последний, построил первый дворец, что, впрочем,  с термином «дворец», плохо связан – настолько он был непрезентабельный – «о два этажа с 16 светлицами». Пока Елизавета Петровна, «дщерь Петра»,  была вынуждена жить под тенью императрицы Анны Иоанновны,  она кормилась плодами, выращенными в будущем Царскосельском саду:  картошкой, морковью, редиской и подобными овощами. Когда Елизавета Петровна, решительная и смелая «дщерь Петра», совершила дворцовый переворот, то сразу в ее любимой резиденции развернулись масштабные работы. Большая заслуга в том, что Екатерининский дворец стал таким, каким мы сейчас его видим, принадлежит обрусевшему архитектору итальянского происхождения Франческо Барталамео Растрелли. В 1756-ом году он продемонстрировал перед изумленными очевидцами роскошный дворец, блестящий золотом с множеством архитектурных деталей, членящих плоскость стены на протяжении более трехсот метров: кариатид, картушей, рокайлей… Когда императрица Елизавета Петровна впервые перед дипломатическим корпусом показывала дворец, ее озадачило высказывание посла Франции, что, мол, дворец замечателен - свыше всех похвал, -  но оболочки для него не хватает… «Что это значит? – думала Елизавета, что еще ему, дворцу, не хватает до подлинного величия».   Но, видимо, так и до конца жизни не поняла, да и что здесь понимать -  Франция и Англия всегда завидовали молодой России!

Елизавета Петровна, осознавая свое императорское величие, задавала роскошные празднества во дворце, дипломатические выходы. Пока она была молода, мы можем себе представить, насколько она выделялась среди прочих женщин своего времени – высокая, статная, величественная, красивая, обворожительная. Она появлялась в дверях Золотой анфилады как будто в рамке картины: с высокой прической с короной из бриллиантов, с низким декольте, опять же украшенным бриллиантами в золоте… Помимо женского тщеславия, весь наряд императрицы должен был соответствовать блеску и величию императорской короны России. И он – соответствовал. Настолько соответствовал, что она вынуждена иногда была отдыхать в павильоне Эрмитаж ( по-французски – хижина отшельника). Там, где она не видит надоевшей прислуги, где кушанья подаются сами по себе, как в сказке  «Аленький цветочек» невидимой рукой… Боже, как она устала от постоянного присутствия докучливой прислуги!

                А к роскошному столу, накрытому в павильоне Эрмитаж, подавали всевозможные кушанья, написанные мелом на аспидной доске. И надо отдать должное, повара всегда справлялись с самыми сложными задачами. Но вот незадача, однажды были повергнуты навзничь и не справились! Это когда Генералиссимус Александр Суворов приказал ему приготовить кислые щи и гречневую кашу. Оплошали – не приготовили. Как оказывается, и  через более 200 лет гречневая каша, - наше стратегическое оружие!

Посреди Большого пруда вознеслась к небу Чесменская колонна. На протяжении 18-го века, во время царствования императрицы Екатерины II, Россия вела войны с Османской Портой. Эти войны закончились успешно для России. Так, в  честь победы при Чесме был воздвигнута  Чесменская колонна по проекту архитектора Антонио  Ринальди. Последний сделал необычный вклад в архитектурный облик Санкт-Петербурга и его пригородов. Он создал, кроме Чесменской колонны,  проекты верстовых столбов, Кагульского обелиска,  Морейской колонны. Что-то в творениях Ринальди было предрешенное и незыблемое… Поэтому доныне стоят его архитектурные сооружения на страже России, как стоит церковь Ринальди в Кингисеппе, верстовые столбы по Пулковскому шоссе, как стоит Гатчинский дворец, колонны в Екатерининском парке – во славу русского оружия! Да стоять им навеки!

Марина Орлова

Фото автора

 

 

Ребята на фоне дворца.

 

 

В Кавалерской мыльне мылись придворные. Там сохранились два подлинных камина.

 

Рыбный канал. Через него по проекту аритектора Василия Неелова перекинуты четыре горбатых мостика.

 

Эрмитаж. Можно себе прдеставить какие здесь проходили пиршества!

 

 

В павильоне Грот Екатерина II любила в утренние часы работать над государственными бумагами.

 

 

Мраморный мост создан по проекту арэхитектора Василия Неелова.


Назад